close
no thumb

Все говорят: «Пора валить! Пора валить!» Ну, не все, конечно, но многие.  И я прислушиваюсь. И в минуты слабости даже задумываюсь. Но задумываюсь я серьезно, поэтому прихожу к единственному честному выводу: валить некуда. По крайней мере, мне.

Конечно, если смотреть на эмиграцию как на политический жест, то можно уехать хоть сегодня и хоть в Зимбабве.

Но я мыслю не политически, я мыслю прагматически, я живой человек, отягощенный семьей и тридцатью шестью годами мышления на русском языке. Поэтому я понимаю: мое исчезновение Российская Федерация как-нибудь переживет, а вот мне на новом месте надо будет обустраиваться, зарабатывать деньги, реализовывать профессиональные амбиции. И несколько затяжных европейских командировок убедили меня в том, что это адски трудно, практически невозможно. И не только для меня, но и для подавляющего большинства тех, кто кричит: «Пора валить! Пора валить!»

Спокойно! Это не патриотическая агитация. Хотите валить — валите. Я лишь хочу, чтобы вы как следует подготовились.

«Чтобы здесь прижиться, нужно иметь одно из двух — либо деньги, либо молодость, — рассказывал мне в Париже один айтишник. — Даже не молодость, а детство. Только в этом случае новая родина станет тебе действительно родной. Если же ты уже вырос и сформировался в какой-либо стране, твоя культура на новом месте постоянного жительства — это чудовищный пассив, это нечто вроде кабального кредита, который ты не погасишь никогда. И как бы ты ни хорохорился на кухонных пьянках и в интернет-диспутах, здесь эта реальность наваливается в первые же дни. Ты никогда не станешь французом, немцем и даже чехом: таковы законы природы. Поэтому вот мой главный совет: если тебе больше двадцати пяти и у тебя нет миллиона долларов, то единственная адекватная цель эмиграции — это загубить собственную жизнь ради будущего детей. Все остальное — иллюзии».

Тут я должен внести маленькую усугубляющую реплику: айтишники —  привилегированная группа. Во-первых, эта профессия не знает языковых барьеров. А во-вторых, многие страны, и Франция в том числе, время от времени открывают для айтишников шлюзы, выдавая им вид на жительство, а затем и гражданство по упрощенной процедуре. И, тем не менее, мой собеседник после пяти лет жизни в Париже решил вернуться. Причем слово «ностальгия» он во время нашей беседы не употребил ни разу.

На самом деле, анонимный айтишник хоть и весьма распространенный, но далеко не преобладающий тип российского эмигранта. Большинство все-таки не возвращается, потому что это, прежде всего, признание собственного поражения. Но и счастливы на новом месте тоже единицы. Я бы даже сказал так: чем условней эмиграция, тем более счастлив уехавший. В Европе прекрасно себя чувствуют посольские работники, сотрудники крупных корпораций, приехавшие по временному контракту, богатые рантье, живущие на доходы от российских активов, молодые ученые на временной стажировке и прочие дети глобализации. Но среди тех, кто именно «свалил», чтобы начать на новом месте жизнь с ноля, доля пожалевших об этом (что бы они там ни говорили на людях) близка к ста процентам.

И дело тут не только в свойствах новой родины. Дело тут и в самом контингенте сваливающих. Мы по умолчанию имеем в виду, что это цвет нации — те, кто не хочет мириться «со всепроникающей деградацией», кто «не видит для себя перспектив на родине», чьи «сердца для чести живы».

Я своим глазам пока еще верю, и вот что они мне говорят: среди тех, кто кричит «пора валить!», толковых людей не так уж много. Не больше, чем откровенных неудачников, которые не смогли реализоваться в своей стране и грезами об эмиграции лишь пытаются отсрочить признание своей непутевости. «Это не я живу бестолковую жизнь, это мне просто с родиной не повезло», — очень распространенный психологический прием для повышения самооценки. И если принять во внимание это явление, то нет ничего удивительного в том, что чем чаще и громче человек кричит: «Пора валить!», тем меньше шансов, что он действительно свалит. Потому что тогда через год-два-три этот гражданин вынужден будет свести с собой счеты по-настоящему, взглянуть на свою жизнь с беспощадной честностью. Ведь Германию, Францию, США гораздо труднее обвинить во всех смертных грехах, чем Россию. Куда валить оттуда? Некуда.

Каждый носит свой ад вместе с собой. Каждый носит свой рай вместе с собой. Внутренний фактор в тысячу раз сильнее, чем внешний. Где бы ты ни находился, это прежде всего ты, а не место твоего жительства. Поэтому на данный исторический момент главный совет желающим эмигрировать таков: сначала добейтесь успеха здесь, в России. А потом уже можете валить, если посчитаете нужным. И поверьте, в этом совете нет ничего патриотического, чистый бизнес.

Дмитрий Соколов-Митрич

Источник: politonline.ru

1 Comment

  1. Дмитрий,я полностью с вами согласен и «прелести» иммиграции мне знакомы не понаслышке.Эммиграция-проверка человека в умении адаптироваться..Желающим уехать могу пожелать терпения и сил,удачи на новом месте!

Оставить комментарий